Ваш город...
Россия
Центральный федеральный округ
Белгород
Брянск
Владимир
Воронеж
Иваново
Калуга
Кострома
Курск
Липецк
Москва
Московская область
Орел
Рязань
Смоленск
Тамбов
Тверь
Тула
Ярославль
Северо-Западный федеральный округ
Архангельск
Великий Новгород
Вологда
Калининград
Ленинградская область
Мурманск
Петрозаводск
Псков
Санкт-Петербург
Сыктывкар
Южный федеральный округ
Астрахань
Волгоград
Краснодар
Крым/Севастополь
Майкоп
Ростов-на-Дону
Элиста
Северо-Кавказский федеральный округ
Владикавказ
Грозный
Дагестан
Магас
Нальчик
Ставрополь
Черкесск
Приволжский федеральный округ
Ижевск
Йошкар-Ола
Казань
Киров
Нижний Новгород
Оренбург
Пенза
Пермь
Самара
Саранск
Саратов
Ульяновск
Уфа
Чебоксары
Уральский федеральный округ
Екатеринбург
Курган
Тюмень
Челябинск
Югра
ЯНАО
Сибирский федеральный округ
Абакан
Барнаул
Горно-Алтайск
Иркутск
Кемерово
Красноярск
Кызыл
Новосибирск
Омск
Томск
Дальневосточный федеральный округ
Биробиджан
Благовещенск
Владивосток
Магадан
Петропавловск-Камчатский
Улан-Удэ
Хабаровск
Чита
Южно-Сахалинск
Якутск
Аналитика

Наводнение вскрыло проблемы мелиорации в Амурской области

Наводнение вскрыло проблемы мелиорации в Амурской области
Фото автора
Пока с мелиорацией в Приамурье топчутся на месте, вода губит урожай

Из-за паводка-2019 амурские аграрии потеряли урожай на площади 255 тысячи га. Ещё бы, в июне-августе осадков выпало 150-206% от нормы. Как известно, один из способов максимально спасти поля от переувлажнения – это мелиорация. Её важность для амурском сельского хозяйства в последние, изрядно промокающие годы возросла невероятно. Но, оказывается, в этом определяющем вопросе в регионе, можно сказать, топчутся на месте. И власти, и сами фермеры.

Выступая после наводнения-2013, глава амурского минсельхоза в то время Сергей Вологдин сказал следующее:

— Проблема мелиорации в области весьма ощутима. Мы о ней вечно забываем, умалчиваем, хоть это самые ценные и колоссальные ресурсы. На конец 80-х-начало 90-х гг. таких земель в области было сформировано 246 тысяч га. На них проводили мелиоративные работы: строили пропускные и магистральные каналы, дамбы, дренажные системы, дороги и т.д. Всё, что осталось на сегодня – остатки дорожных полотен на инженерных системах. Заниматься этим приходится чуть ли не самим сельхозпроизводителям, но существует федеральная программа по мелиорации, которая позволяет компенсировать до 70% любых затрат на восстановление, реконструкцию, модернизацию мелиоративной системы.

Но при условии, что эти инженерные системы будут оформлены в собственность. У нас эта работа пока в начальном этапе, и единственная проблема в её освоении — нехватка бюджетных денег (на 2014 г. 5 млн рублей). С помощью мелиоративных систем более-менее обрабатывается порядка 180 тысяч га земли. Ещё 36 тысяч га постепенно вовлекаются в оборот. А порядка 20 тысяч га просто невозможно ввести без установки дренажных систем (в частности, земли Архаринского и Бурейского районов). Лишь 4 мелиоративные системы оформлены в собственность на юге региона — Ивановский, Благовещенский, Тамбовский районы.

Что же изменилось с тех пор? А ничего. Вопрос по-прежнему актуальный (общий износ мелиоративных систем – 80%), и по-прежнему не решается. Небольшая часть амурских мелиоративных систем находит в госсобственности, их содержанием занимается управление «Амурмелиоводхоза». Всё остальное – бесхозяйное.

— Сегодня в области мелиоративных земель более 251 тысяча га, самих мелиоративных систем порядка 230. Из них в госсобственности — 30 МС, которые обслуживают 70 тысяч га земель, — поясняет замдиректора управления «Амурмелиоводхоз» Алексей Корнев.

При этом не всё, что в федеральной собственности, в полном порядке. Так, в год выделяется 40 млн рублей (и то за минусом всех обязательных платежей на сам ремонт систем остаётся минимум), а требуется в 3-4 раза больше, порядка 180 млн рублей. Конечно, Департамент мелиорации Минсельхоза РФ понимает всю серьёзность ситуации, просит деньги у руководства ведомства. Но пока вопрос решается.

Новых мелиоративных систем в госсобственность в области с прошлого наводнения не поступало. Лишь расширилась площадь мелиорированных земель (на 5 тысяч га) – за счёт реконструкции сооружений. В 2014 года заработала госпрограмма по реконструкции объектов МС. Тогда в ремонте в Приамурье было задействовано 4 объектов, по 3-м из них работы завершены. С 2021 года вступает в силу очередная программа, по которой области профинансируют реконструкцию ещё 2 объектов.

— Для строительства новых сооружений нужны частные инвестиции, — подчёркивает Алексей Корнев. — А если и подавать заявку для финансирования на федеральный уровень, то это нужны достаточно серьёзные обоснования необходимости такого строительства, и инициатива должна исходить от руководства региона. Но в необходимости новых сооружений сомнений нет: в области общий объём пашни 1,3 млн га, а мелиорировано лишь 250 тысяч. По идее надо все земли охватить если не мелиорацией, то хотя бы сетью сельхоздорог, чтобы, скажем, не оставлять самосвал за километр от поля, потому что иначе техника увязнет в грязи. Обратите внимание, все объекты МС, находящиеся в госсобственности, располагаются не где-то на ничейных землях. Они все проходят по территории сельхозтоваропроизводителей (то есть 30 МС в госсобственности – соответственно, по меньшей мере 30 хозяйств ими обеспечены). Это такой подарок аграриям – что по их земле проходит МС, что она в собственности, а значит, содержится, а значит, работает. Впрочем, давно уже ведутся разговоры о том, чтобы с фермеров брать аренду за пользование МС. Но мы пока не можем в полном объёме обслуживать эти земли, поэтому деньги брать пока не за что. Если нам будут давать хотя бы 50-60% средств от необходимого, тогда уже можно говорит и об аренде.

Чтобы аграрий заимел свою МС, на неё первым делом нужно оформить право собственности как на объект недвижимости. Тут есть сложности и с оформлением всех документов. Но нет прецедента в области, чтобы кто-то это сделал, поэтому и механизм не отработан.

В этой ситуации 2 пути решения:

1. МС на баланс принимает районная администрация, а потом уже передаёт в собственность или продаёт. Насколько известно, одна с/х организация в Октябрьском районе сейчас оформляет право собственности с помощью местных властей. Это и будет прецедентом.

2. Собственник земли обращается в суд: «У меня на земле есть такой-то объект, вот документ о том, что он был построен. Хотим поставить его на учёт в Росреестр как объект недвижимости». Но обращение в суд было единственным, и попытка была нерешительной: заявителю тогда отказали, и дальнейшая борьба быстро прекратилась.

— Вообще, оба варианта перспективны, но всё зависит от желания и настойчивости самого собственника, — отмечает Алексей Эдуардович. — В том же суде нужен хороший юрист, который сможет всё правильно обосновать и грамотно оформить. Ведь суды часто работают по какому-то примеру. А если его нет, судьи к вопросу подходят субъективно. И нужно активно, но аргументированно возражать. Например, те же МС как объекты недвижимости нигде не прописаны. Есть понятие мелиорированных земель, и позиция судов: все объекты на таких землях (скажем, водоотводный канал) являются неотъемлемой частью участка. То есть это не объект недвижимого имущества, а составляющая часть земельного участка. Но ведь это же неправильно! В общем, нужно доказывать, спорить с судом.

Конечно, кто-то из аграриев пытается самостоятельно проводить мелиорацию, водоотводы прокапывать и т.д.

Тем не менее, аграрии, даже крупные, больше предпочитают проводить какие-то работы постепенно, частями. А вот именно разово выложить большие деньги за проектирование МС они боятся. Исходя из предложений, уже поступивших от проектировщиков, это примерно 7 тысяч за 1 га. То есть по полю, скажем, на 1000 га – 7 млн рублей.

Впрочем, есть планы у правительства области, насколько известно, компенсировать 50% стоимости проектно-изыскательских работ. Но опять же и этот механизм не отработан – нет примеров, чтобы кто-то им воспользовался. Нужен пионер.

— Мелиорация не то чтобы увеличивает урожай, но позволяет его сохранить даже в условиях этого, паводкового года. Конечно, переувлажнение почвы не исключается, но вы потеряете 5-10% урожая, но не все 100, – продолжает Анатолий Корнев. — Конечно, прямой срок окупаемости мелиорации довольно большой – лет 10-12. Но при этом сокращается себестоимость сельхозпродукции: если поля, с/х дороги сухие, то снижаются затраты на ГСМ (не надо жечь бензин сверхмеры, чтобы просто пройти по грязи), на ремонт техники. Соответственно, и прибыль растёт. Хотя опять же комплексных расчётов пока никто не делал.

Также в Приамурье, по данным минсельхоза региона, из-за паводка в этом году возможен «недобор» и по заготовке кормов. И если через пару недель ситуация кардинально не изменится, будет прорабатываться вариант поставок кормов из других регионов страны.

Яндекс.Метрика